January 28th, 2006

seida

Кальян

Попробовал тут пыхнуть кальян, любезно подаренный мне на бёздник тов.Морозом vs Люба. Причём, что самое смешное , попробовал с тогго, что попытался забить козью ножку из розового кальянного табака. А хуй там! Козья ножка сожгла ползажигалки, но пыхтеть упорно не хотела, ибо табачок был весьма мокр (надо сказать, что кальян я до это этого не курил никогда!). Таки сделал всё как положено - забил розовый табачок в керамическую чашечку, налил водички по инструкции на 1 см ниже трубки и запыхтел. А ведь хорошо я вам скажу! Тока вот затягивацо дюже сильно приходицо... и булькает дюже громко. Или я его не совсем правильно сделал. Короче, играю в Бартоломью Шолто (с) Шерлок Холмс), благо я и так на него похож (по мнению некоторых). Весьма, я вам скажу, благостное занятие.. причём совсем непохоже на сигареты.
Особенно под холодный Zlatopramen, на которое, каюсь, я подсел, в последнее время.
seida

Ого....

ПРИЗРАКИ У ПОГРЕБАЛЬНЫХ КОСТРОВ
Для индийской религиозной секты “агора” каннибализм - не преступление, а путь к достижению просветления

Каждый индус мечтает хотя бы однажды в жизни пройти обряд ритуального омовения в водах Ганга. Желательно сделать это в Варанаси - древнем центре индийской культуры и просвещения, одном из семи священных индуистских городов, которому уже давно перевалило за две тысячи лет. Среди сотен тысяч паломников, ежегодно устремляющихся туда со всех концов необъятной Индии и из других стран, всегда много стариков, безнадежно больных и немощных. Они приезжают в священный город в надежде там умереть: согласно поверью смерть среди бесчисленных храмов и других святынь, связанных с легендами и сказаниями о боге Шиве, открывает душе усопшего прямую дорогу в рай.
Прямо на берегу реки, в двух специально отведенных местах, известных под названиями Марнкарника и Харисчандра, оборудованы специальные площадки для погребальных костров, где ежедневно под чтение мантр десятки тел отошедших в мир иной предаются огню.
У Ганга многолюдно и суетно с раннего утра до самого вечера. И только с наступлением сумерек берег пустеет: люди уходят в храмы, гостиницы и ночлежки, чтобы наутро с первыми лучами солнца снова спуститься по ступеням в священную воду. Где еще час назад колыхалось людское море, устанавливается таинственная тишина, нарушаемая лишь едва уловимыми всплесками речных волн, да шелестом крыльев ночных птиц.
Collapse )